YouSub
Untitled

ru Russian

Untitled Russian subtitles

0 downloads · 419 lines · added Nov 1, 2015

Report a problem
What's wrong?

Also available in

Advertisement

Russian transcript

– Петрович, что слышно? – О! Привет!
– Ты по Кельскому? – По Кельскому, по Кельскому…
Вадим, слушай, что-то ты очень плохо выглядишь…
У меня есть отличный индонезийский кофе. Идем!
Заряжает на целый день.
– Петрович, спасибо… – Спасибо да, или спасибо нет?
Какой к черту кофе? Я не сплю вторые сутки. Погоди, у меня же правильный кофе.
– Что по Кельскому? – А, по Кельскому…
Не считая сердца, остальные внутренние органы были в порядке.
Все указывало на обширный инфаркт.
Ему предшествовали еще два микроинфаркта, судя по рубцам на сердце.
Вообще, все шло к логическому завершению…
– А, вот… Что я и написал в заключении. – Инфаркт?
Да… Э не… Погоди, капитан.
Дело в том, что я заметил маленькую деталь — красные точки!
Такой след мог оставить электрошокер.
Сильная штука, вызывающая мощный мышечный спазм.
Ну, что, видишь?
Да… Действительно. Красные точки...
– Ну, да! – Красные точки…
Кстати, холодно. Что там насчет кофе?
В моем кофе есть отличный согревающий наполнитель! Идем!
Так вот! Нельзя отвергать гипотезы, что было совершено покушение.
Если долго держать электрошокер, а особенно если больное сердце,
то вполне возможен летальный исход.
Ну, как? А…  Индонезия…
– Тут вообще, кофе есть? – Немножко.
Да, Петрович… Гипотеза, конечно, хорошая.
Но как вы сможете доказать,
что смерть наступила именно от электрошокера, а не от инфаркта?
Нужны дополнительные анализы. Приходи завтра.
Завтра будет ямайский кофе.
– Привет, Василиса! – Привет, подруга!
Скажи, пожалуйста, а сегодня Алекс к тебе в галерею не заходил?
– Нет, а что? – Да нет, ничего.
Просто он у меня сегодня переночевал, а потом исчез.
– Да, ладно? – Да.
Послушай, давай сейчас встретимся, и я тебе все расскажу. Договорились?
Давай, до встречи.
– Я в больнице? – Ага.
Вас какой-то человек сюда привез, оставил и уехал. Вы помните что-нибудь?
– Помню, что машину ловил. – Угу.
Мужик какой-то согласился до города отвезти. Потом я вырубился.
А ты как здесь оказалась?
А… Мой номер телефона у вас в кармане нашли, я вам писала, помните?
– Помню. – Да?
Здорово вас.
Это как-то связано с убийством Кельского, да? Вы знаете что-то?
Вы не переживайте, в милицию уже сообщили и там ждут звонка, когда вы очнетесь.
О, Господи!
Вас что, после дознания избили, что ли? Кошмар какой.
Я могла бы вам помочь. Я бы вас спрятала в надежном месте.
Вы бы нам с санаторием помогли. Возьмите ватку.
Они же вас оставили просто потому, что знают, где искать.
Вам есть, где спрятаться? Есть куда пойти?
– Пошли, только без лишних вопросов. – Угу…
Слушай… Вышла я подышать свежим воздухом,
а он просто подошел ко мне, взял меня за руку и отвез к себе домой!
– Да ты что? – Угу, представляешь?
А я-то думаю, куда это вы оба пропали тогда с выставки?
Вася, он сумасшедший.
А… Я думаю, вот это вот…
– Ну, как тебе? – Обалденно, Алена!
Нет! Я хочу это. Лучше, это.
– Ну, как тебе? – Ну, так себе…
– Да? – Беру. Беру все!
Это же стоит кучу денег…
Никогда бы не могла подумать, что Басс такой щедрый.
Просто не со всеми. Вот так.
Извините, эта карточка заблокирована.
Такого быть не может. Проверьте, пожалуйста, еще раз.
– Нет, не проходит… – Может, это у вас терминал не работает?
Девушка, у нас все работает.
Может, Алекс нашел себе другую?
Вы можете рассчитаться наличными.
До свиданья!
Ну, вот мы и пришли почти. Вот наш санаторий. А...
Если захотите, можно будет молоко свежее козье попить.
Оно здесь дешевое. Очень полезное…
Здесь вообще место хорошее, сосны кругом, воздух здесь хороший.
Правда, у нас тут связь плохая, дозвониться бывает тяжело.
Будете здесь в безопасности.
Люди здесь хорошие, душевные.
Мячик!
Мам! Мама! Пака! Мам! Мама!
– Привет! – Привет! Мам, кто это?
Это мой знакомый, дядя Саша.
– А меня Алиса зовут. – Можешь называть меня Алекс.
А-а-лекс.
Наконец-то, у Катерины в друзьях мужчина появился. Да еще такой интересный.
Не знаю… По-моему, вообще ничего особенного…
Вот здесь вот за углом наша деревянная веранда.
Тут сначала тяжело ориентироваться, но вы потом привыкнете.
Мам! Ну, где вы там?
На самом деле территория не очень большая. Идемте, идемте!
Ну… Вот мы и пришли. Вот это наше крылечко.
– А мы с мамой тут живем. – Алиса!
Вот эта комната, о которой я говорила. Проходите сюда.
Проходите, проходите, пожалуйста. Вот… Вот здесь можете расположиться.
Эта комната - она как кладовка используется. Здесь инвентарь хранится.
Конечно, не очень уютно, но я все уберу. А.. Вот это вот ваша кровать будет.
– Здесь вообще душ есть? – А… Конечно! Он у нас в комнате.
Проходите сюда, пожалуйста!
– Там у нас душ. А тут я с мамой живу. – Так, дочь! Не терроризируй человека.
Вы извините её, пожалуйста, у нас не часто гости бывают. Сейчас я полотенце принесу.
– Ты рисуешь? – Да, я…
– В художественной школе учишься? – Нет, в обычной. У нас таких школ нету.
Это Рита, она все время ест, бережет свою фигуру.
Это Аля, а это мама… Это Лев Борисович. Он просто добрый.
– Ты - молодец, способная… – Спасибо, только я просто срисовываю.
– Это лица такие — особенные. – Ну, а у меня какое, особенное?
Ну… Да! Особенное!
Только, кажется, что ты кого-то за ним прячешь…
Вот мыло, полотенце. Алиска, идем. Дядя Саша будет купаться.
Я поищу, во что вам переодеться, и вот сюда вот положу. Идем?
– Угу… – Ну, так что, нарисуешь меня?
– Ну, если вы так просите, нарисую… – Не важничай. Извините.
– Садитесь, Катя. – Спасибо…
Я вчера на вас накричала… Мне очень неловко.
Ну, ничего страшного…
Не знаю, что на меня нашло. Устала, наверное, сорвалась.
Эта работа просто делает из меня какого-то… монстра…
– Ну… С кем не бывает? – Я видела, к тебе друг приехал?
Это… знакомый мой. Вы извините, пожалуйста, что я вам сразу не сказала.
Он у меня поживет некоторое время… в комнате, где я инвентарь храню…
Просто… он может быть свидетелем убийства Кельского.
А почему ты сказала: «может быть»?
Но он, честно говоря, не хочет. Но мне кажется, я могу его переубедить.
Ну, зачем, зачем заставлять человека. И… никакое это не убийство.
Вот в газете было написано, что это просто несчастный случай…
Ну, Лора Афанасьевна, на второй день после смерти Кельского, к нам приезжает адвокат,
который давно хочет выкупить нашу территорию. Ну, разве это совпадение?
Да наш санаторий в таком состоянии, что любой хочет его выкупить!
– Его давным-давно хотят отдать. – Лора Афанасьевна!
В каком таком состоянии наш санаторий? Ну? Ну…
Все! Зачем мы будем ссориться?
– И хорошо, что ты друга своего привела… – Знакомого.
Знакомого. Очень хорошо. Пускай отдохнет, ведь воздух у нас хороший.
А ты присматривайся — ведь ребенок-то без отца растет…
Лора Афанасьевна!
Ты знаешь, что психологи на этот счет говорят? А ты почитай! И подумай.
– Да! – Алло. Это Лора.
Моя завхоз никак не может успокоится. Типа одного привезла.
Я его фото вам выслала.
Говорит, что он свидетель убийства Кельского.
– А если начнут копать? – Не успеют.
Мы до этого все оформим.
Нет, нет, нет… Я боюсь.
Лора Афанасьевна, так дела не делаются.
Мы с вами договаривались, а теперь вы что устраиваете?!
Но на всех документах мои подписи!
Ну, хорошо. Поскольку, вы в этом деле новичок,
я согласен пойти вам на уступки. Двойной гонорар вас успокоит?
Ну, ведь там этот свидетель…
Свидетелем займусь я, вы, главное, завхозом займитесь.
Хорошо.
Я могу войти?
Извините, пожалуйста, я… я стучала… я вещи принесла. Ой…
Ну что, так лучше?
Значит так. Давайте с вами сразу уяснять:вы можете здесь жить какое-то время, взамен —
вы нам помогаете сохранить санаторий, как мы и договаривались,
и больше ничего! Понятно?
Хорошо.
Здрасте!
Здрасте, Лев Борисович!
А чё это с Катериной? Она обычно очень приветлива.
– Пошли! Пошли! Скорее! – Куда?
Как куда? Твой портрет рисовать, я уже все приготовила!
Садись здесь, смотри туда.
Извините, я краем уха услышал, что вы можете помочь нашему санаторию?
Преувеличивают. Я вряд ли смогу чем-то помочь.
Жаль… Я вообще-то пришел посмотреть — как подошла моя одежда вам?
– Как видите. – Чем богаты, тем и рады…
– Нормально… – А-а-а… Спасибо…
Лев Борисович, но когда я вас рисовала, нам никто не мешал!
Все — ухожу, ухожу, ухожу… Ану...
Ух ты, молодчинка! Ну, отдыхайте.
А ты не крутись, а то без глаза оставлю!
Привет!
Вадим!
Вскрытие показало, что смерть наступила от инфаркта.
Вот заключение. У него было больное сердце.
Да, а так и не скажешь… А… мы с ним когда-то пересекались…
А что фотографии Басса, что это за люди на них?
Думаю, там, на фото виден момент, когда Кельскому стало плохо,
он почувствовал недомогание и вышел из машины попросить о помощи.
Почему эти люди не вызвали «скорую»?
Не знаю, может, просто испугались. Может, не захотели связываться.
А может ему просто стало лучше, он сел в машину и помер.
Ну, и славно. То есть, жаль, конечно, человека.
Но спасибо ему, что не стал все усложнять.
Не хочется заканчивать месяц «висяками».
Так что, подшивай заключение и закрывай дело.
– Добро. – Валера!
– Слушай, долго еще, а? – Сиди ровно! Нос кривой будет!
Все! Можешь смотреть.
Это что, я?
А ты что, себя никогда в зеркало не видел?
Мне кажется — очень похож!
Мам! Мам, иди сюда!
– Идем посмотришь! – Что ты хочешь? Ой!
– Смотри, правда красивый? – Да, неплохой рисунок…
– Ну, вот. – Молодец!
Вы извините меня, что я так, ну, грубо…
Да, нормально.
Молодец!
– Так что, могу забирать? – Ну, если вы так просите. Забирай.
Умница.
Так вот, я провел его до нашего санатория.
Там ему помогает какая-то барышня — местный завхоз.
На рожон твой товарищ лезет.
Басс не из таких. Он на рожон не полезет…
Или девка его туда тянет.
Да нет... Ему другие нравятся...
Вокруг него всегда модели, звезды, тусовка…
Да...
А в городе таких звезд не увидишь…
Это точно.
– О, Лев Борисович! Здрасьте! – Здрасьте!
А мои детки сейчас репетировать будут!
– Да ну? – Так что, да! Присоединяйтесь!
– А ну, давай! – Так, дети, давайте!
– Ну, все готовы? На исходную! – Давай, давай!
– Лев Борисович, приобщайтесь! – Ага.
И... начали!
Кармен!
– Прекрасно! Прекрасно! – Молодцы! Молодцы!
– Браво! Браво! – Молодцы! Молодцы!
– Ну, как, мам? Ну, как тебе, мам? – Умнички! Мои молодцы!
Вот это талантище! Дай пять! Давай... Молодец! Молодец!
Давай! Давай! Давайте, бегите, бегите переодевайтесь!
Так, что у нас следующее? Так... Сердце…
– Сердце где?! – Я здесь! Бегу!
Лесные феи! Девочки, на исходную! Давайте!
Так... Ну... Побыстрее, поживее!
И… пошли!
Руки, руки, руки вверх!
Феи! Молодцы! Молодцы!
Аля, всё, не волнуйся, я уже здесь!
– Лев Борисович, я похожа на сердце? – Похожа, похожа!
Теперь в центр! Ага! Так!
– Зачем… – Рано, рано еще…
Вот сейчас, сейчас... И теперь полете-е-ели…
Зачем вы посетили нас?
В глуши забытого селенья…
Стоп! Стоп!
Девочки, ну, мы же договаривались, надо синхроннее!
– Чего желаете? Бублик, ватрушка, пирожок? – С мясом есть чего-нибуть?
– Сосиска в тесте. – Давайте три.
– Раз… давайте… – А лучше четыре.
Кто хорошо ест, тот хорошо работает! Пожалуйста!
Зачем вы посетили нас? Вам понравилось?
– Очень. – А я сердце.
Приходите завтра на концерт. Я петь буду.
Борис Яковлевич, финны!
Включай.
– Добрый день, Исмо! Рад тебя видеть,брат! – Это несерьезно, Борис.
Вы обещали, что документы будут готовы сегодня, а ничего нет.
Я прошу прощения, дружище. Это просто мои юристы немного не успевают.
Поторопите своих людей. Мы не можем ждать так долго.
Уверяю тебя, еще пару дней, и все будет нормально!
Нет, Борис, так не пойдет! Если вам не по силам совершить эту сделку,
скажите, мы найдем других посредников!
Нет-нет-нет, всё нормально… Это форс-мажор… Бюрократические проволочки.
Борис, мы очень заинтересованы в покупке этих земельных участков.
Я сам сейчас же этим займусь. Хей-хей!
Выключай.
– Помочь? – Нет, спасибо. Я уже заканчиваю.
– Алиска молодец — хорошо рисует. – Понравилось?
Она — умница! У нее всегда очень хорошо получается,
и представляете — совершенно само собой.
А когда она маленькая была, она даже во сне рисовала — спит,
а сама так пальчиком водит, рисует.
А я, дурочка, думала, что это заболевание и к врачам её водила.
Да ты что, это талант! И не развивать его — это преступление.
Я вот когда студентом был, тоже болел — макромиром.
Даже получал какие-то призы, награды…
Потом начал работать... И всё пошло как-то по-другому…
А что такое макромир?
Макромир? Это легче показать, чем объяснить.
– Смотри — паутинка… – Ага…
На первый взгляд — это просто паутинка, да?
Но если приглядеться, то можно увидеть целый мир.
– Мам, а кто-то обещал на речку сходить! – Да!
– Доброе утро, товарищ генерал! – Бригов где?
Вадим сказал, что не будет в городе несколько дней.
Дело Кельского у тебя?
Нет, он забрал его с собой! Сказал, на досуге хочет изучить.
Срочно найди своего шефа и доставь сюда. Если понадобится — арестуй.
Есть, товарищ генерал.
Твою дивизию…
Я прошу прощения, вы не спите?
– Да нет. – Поговорить надо.
– Можно вас на минутку? – Да, конечно.
Я вашу одежду постирала. До завтра, я думаю, высохнет.
Спасибо.
А знаете... Кельский…
Ну, тот человек, которого убили,
он был главой Земельного управления, и наш санаторий опекал.
А теперь, наверное, нас выселят, а санаторные земли распродадут.
Захотят выселить — значит выселят.
А кто вас все-таки избил?
Ну, мне же можете сказать, я же не враг.
Я ничего не знаю. Я — фотограф, солнце фотографировал…
Ну, и что вы видели?
Видел, что машины подъехали. Больше ничего.
А сколько их было? Три…
Три машины... А что они делали? Ну, что конкретно вы видели?
Да, не знаю я. Солнце уходило.
Все что знал, рассказал в ментовке.
После этого всю мою квартиру перевернули, меня избили.
Видимо кому-то не понравился мой поход в органы.
Да, значит, вас боятся. Тогда тем более нужно давать показания.
Катя, я не хочу еще больше во всё это вмешиваться, и тебе не советую!
Послушай... Давай поступим так — я здесь пережду какое-то время,
а потом, когда всё закончится, я помогу вам с Алиской деньгами.
Вам хватит на первое время. Отдавать не нужно.
Вы меня что, оскорбить хотите?
Послушай, Катя! Я так тебе больше помогу.
Ты хоть дочку сможешь в художественную школу устроить.
Спасибо, не надо. Я сама отлично справляюсь…
У меня, может быть, сумма отложена значительная на её образование.
Просто она маленькая еще. Пусть подрастет. И вообще, у нас всё очень хорошо!
Да, я вижу, как у вас всё хорошо! Алискин отец хоть тебе помогает?
А это вас вообще не касается! Извините, что побеспокоила.
Подожди!
Я подумаю насчет дачи показаний.
Правда?
Обещаю.
Спасибо вам большое. Спокойной ночи.
Спокойной ночи.
– Алло! – Да!
Он весь день пробыл в санатории, сейчас там ночует.
Может это не просто случайный сведетель, а?
– Алло, алло! – Слышу.
– Что мне делать? – Несчастный случай.
Понял.
Эй! Кто там? Аля, это вы?
Лев Борисович, это вы? А я ежика видела.
Лев Борисович!
Лев Борисович! Ой! Не пугайте меня!
Ой! Не пугайте... Ой! Ой! Помогите, человеку плохо! Кто-нибуть!
Пожар!
– Пожар! Люди, пожар! Помогите! – Что случилось? Пожар? Где пожар?
Люди, санаторий горит! Люди, скорее! Пожар, люди! Красавица, чего шумим?
– Что ты стоишь? Вызывай пожарных! – Что, серьёзно?
– Как же такое могло случиться? – Пожар!
– Алиса! Горим, горим! – Давайте, просыпайтесь все!
Воду, воду, давайте воду! Воду быстрее!
– За мной! – Заберите ребёнка, пожалуйста!
– Давай сюда! – Мам! Мам!
– Алиса, будь там! Будь там! – Вёдра давайте!
Саша, вставай! Просыпайся! Горим! Саша!
Катя, где Катя? Мама! Сюда! Быстрее воду сюда, а то сгорим!
Саша! Вставай давай! Ну же, быстрее!
Подожди!
Скорее, все сюда! Давай, давай неси сюда!
Давай! Что ты там стоишь?
Алиса! Воды! Алиса! Воды! Кто-то видел ребёнка? Алиса!
– Мам! Мама! Я здесь! – Пожарных вызвали?
– Мамочка! – Доченька! Тихо-тихо-тихо...
– Будь здесь! – Хорошо.
Ты поняла меня? Будь здесь! Я на секундочку! Бегите! Бегите!
Катя, на! Давай, давай сюда! Катя, держи давай! Давай быстрее!
Спасибо!
Лев Борисович, я вам вашу сумку принесла! Как вы? Сильно болит?
Спаси... Спасибо! Да, нет! Как я переволновалась!
– Лев Борисович! – Как, как Алиса?
Нормально всё. Спать я её уложила. Как вы себя чувствуете?
Ну, врачи говорят — сотрясение... Ну... Лёгкое...
Ой... Это я скорую вызвала.
Спасибо большое! Девочки! Это поджог.
Да вы что?
Да! Я видел канистры в руках у этих парней.
Кошмар... Господи Боже...
Вам сейчас нельзя разговаривать! Пожалуйста, поднимайтесь!
Лев Борисович, давайте я вам помогу! Держитесь.
– Вы теперь ценный свидетель! – Осторожно, проходите, пожалуйста!
Здание категорически непригодно для проживания.
В течение двух недель его нужно освободить.
Мы, признаться, давно понимали, что часы сочтены.
И печально осознавать, что точку приходится ставить после трагичного случая.
Вот акты об осмотре территории и штрафы о нарушение правил пожарной безопасности.
Все будет сделано в кратчайшие сроки. Подпишите!
Да-да! Это была жизнь на пороховой бочке.
– Саша, подождите, пожалуйста! – Я валю отсюда.
Вам же некуда идти — вы сами говорили. Саша!
– Придумаю что-нибуть! – Но в городе опасно!
А здесь как у Христа за пазухой, только здесь поджигают слегка!
Это меня хотели убить, Катя, меня! Понимаешь?
По-моему, единственное место, куда сейчас стоит идти — это к следователю в область!
Вы же вчера вечером обещали быть свидетелем по делу убийства Кельского!
А если в области не помогут, мы... мы в министерство пойдём!
Если там не помогут — еще выше пойдем!
Но это единственный способ как-то это всё остановить!
Да, как ты не понимаешь? Я уже ходил, а после этого как раз всё и началось!
Мы ничего не сможем сделать, ничего!
Полиция тесно связана с бандитами. Я убедился в этом на собственной шкуре.
Это система, Катя, система! И нам её не сломать!
Единственный способ — это затаиться на время и ждать, пока всё это не успокоится.
А дальше будет видно.
Я жить хочу, Катя, жить. Понимаешь?
Вы же не один. Это же не только вас касается.
Вы на людей вокруг посмотрите — им что, тоже затаится?
У них нет возможности пересидеть на курорте.
Для многих — это вообще единственное место жительства.
Остановиться сейчас — все равно, что их убить!
Поэтому ты мне предлагаешь пойти, и этим убить себя?
Катя, я не Господь Бог, чтобы брать на себя такую миссию.
Я не смогу воскреснуть, Катя. Не смогу.
Так что, каждый сам за себя.
– Ну, уходи.... Уходи... – Послушай, Катя...
Правильно ты всё говоришь... Вали отсюда.
Катя, подумай лучше о себе и о дочери. Вы же живете, как бомжи и бомжам помогаете.
А они тебе не помогут, Катя, не помогут.
Мир всегда был и останется злым и несправедливым.
Мне казалось, что вчера вы были искренний и настоящий.
Вчера я вам поверила.

Need subtitles from another video?